Мысли о причастии

24.06.2015 784.jpg

Причастие – дело личное или общее? Как часто следует причащаться? Размышлениями  и наблюдениями из своего пастырского опыта делится клирик Абаканской епархии, помощник командира железнодорожной бригады по работе с верующими военнослужащими иерей Александр Ильин.

О частоте причащения:

Существуют разные практики... Что касается нашей Абаканской епархии, можно сказать, что общаясь с братией, имея благословение нашего Высокопреосвященнейшего владыки Ионафана, мы пришли к мысли, что все-таки золотой серединой можно было бы считать причащение раз в месяц.

По мнению отца Александра, так евхаристический пост укладывается в порядок многодневных и однодневных постов, нет большого увеличения числа постных дней.

Тем самым создается благодатная почва для того, чтобы люди православные могли участвовать в этом великом Таинстве. Разумеется, это не означает, что нет священников, у которых на приходе люди причащаются чаще или реже, однако это уже связано непосредственно с деятельностью духовника.

В наше время открывается много приходов. В частности, я, помимо несения послушания воинского священника, являюсь настоятелем храма, к которому приписано еще четыре прихода в Алтайском районе республики Хакасии. И таких священников много: они окормляют несколько сельских приходов, в которых живут по 800 – 1000 – 1200 человек, и их участие требуется и там, и там, и там… Зачастую получается, что священник приезжает в каждый приход раз в месяц.

О причастии без исповеди:

Общаясь со многими священниками у себя в епархии, исходя из собственного опыта, приходишь к такой интересной мысли: стоит только сказать нашим бабушкам, дедушкам и другим людям, что «можно не исповедоваться, доступ к причастию открыт, если чувствуешь, что тебя сердце допускает», изрядное количество людей тут же потечет к Чаше, забыв даже, что есть такое место, где исповедуются. И вовсе не потому, что они плохие.

С другой стороны, есть вопрос и о том, как люди исповедуются:

Сегодня многие священники могут дерзнуть «иметь дар пророчества»: подходит исповедник, а священник может прикрыть его уста и сказать: «Сейчас я сам сообщу тебе, о чем ты будешь исповедоваться». И вовсе не от того, что он видит внутреннее содержание сердца прихожанина, а потому что человек, который приходит на исповедь, всегда, в общем-то, говорит одно и то же, если подготовка к исповеди у него не заключается в том, чтобы потрудиться  и в себе что-то обнаружить. Он просто вспоминает, что говорил в прошлый раз, и с этим приходит на исповедь.

О личном и общем:

Еще один вопрос: причастие – это индивидуальный акт христианина, или это единство Церкви, к которому должен каждый стремиться? Оказывается, эти понимания между собой вступают в противоречие: одни говорят, что должен человек сам желать приобщиться Святых Таин, а другие настаивают, что если ты не будешь причащаться, значит, ты выходишь за пределы Церкви. В этой связи у нас есть довольно интересная практика относительно Крещения: те, кто собирается быть крестными,  должны не только подготовиться, прослушав катехизические беседы, но еще исповедоваться и причаститься. И только после этого люди, объясняем мы, будут готовы стать крестными.

О страхе и радости:

Когда обсуждают вопрос частоты причащения: раз в году, раз в месяц или больше, нередко вспоминают об опасности формализации процесса подготовки к Таинству, вероятности того, что исчезнет такое понятие, как благоговение, страх Божий. Вспомните, когда Господь был в лодке с апостолом Петром, тот, увидев совершившееся чудо, вдруг произнес такую фразу: «Господи, выйди от меня, я человек грешный!» Вспомните, когда ангел явился женам-мироносицам, они побежали к ученикам со страхом и радостию великою. Вспомните, когда пришли схватить Христа и Господь сказал, что это Он, пришедшие пали ниц. Но вот сейчас нивелируется понимание того, что встреча со Христом – это не только, вне всякого сомнения, великая радость, но и страх, благоговение. Найти здесь золотую середину – важная задача.

О числе причастников:

Наблюдения из приходской практики: мы знаем, что на приходах сейчас ведутся богослужебные журналы, в которых записывается, сколько присутствовало на службах, сколько было причастников. Волей-неволей возникает вопрос, а с какой целью нам надо знать, сколько было причастников? Что это дает? Или другой случай. Приезжает архипастырь на праздник служить в какой-то храм, и опять же священник волей-неволей заботится о том, чтобы было как можно больше причастников, потому что владыка приедет и сделает выводы, если будет причастников мало.

В связи с этим вспоминается еще один момент. Когда приезжает архиерей на приход служить, прихожане стараются причаститься именно у владыки. А почему? Потому что им кажется, несмотря на все разъяснения, что из его рук причастие будет «более надежно».

О причастии в боевых условиях:

Должность, которую я сейчас несу, – это штатный военный священник. В порядке причащения есть исключение – особая, военная обстановка.

Как отметил отец Александр, особенности ситуации связаны не только с постом, с подготовкой к причастию:

Недавно у нас был интересный разговор на военных сборах. Один батюшка высказал свои мысли относительно того, какими надо делать чашу и дискос для военного священника. Он говорит: «Вы представляете себе, мы служим, вдруг в это время начались боевые действия, полетели снаряды, а мы уже освятили Тело и Кровь Христову, и что теперь делать?» По его мнению, должна такая чаша быть, чтобы дискос сверху поставить и закрутить – и сразу с собой.

В основе публикации –
выступление иерея Александра ИЛЬИНА
на конференции с участием духовенства и мирян
Сибирского федерального округа

Поделитесь этой новостью с друзьями! Нажмите на кнопки соцсетей ниже ↓