Привычка помогать

26.05.2017

31286.jpg

«Встаю утром, готовлю бабушке кушать, меняю ей памперс, оставляю обед и иду на работу. После работы снова ее кормлю, снова мою, убираю. Потом иду домой – к мужу и дочерям…». Как проходит день сестры милосердия? Откуда берутся время и силы на боль незнакомых людей, когда вдоволь своих дел? Кому по силам такой труд? Почему сестра милосердия уже не мыслит свою жизнь без этого служения?.. Ответы на эти вопросы искали у Татьяны Батарчук – более десяти лет она служит в сестричестве во имя преподобной Евфросинии Полоцкой при Радосте-Скорбященском приходе Минска.

 

По образованию Татьяна повар и экономист. Много лет проработав поваром, сегодня она обучает своему мастерству детей – преподает в колледже кулинарии. Еще Татьяна – жена и мама.  Но ни работа, ни семья не мешают ей нести послушание сестры милосердия, которое давно стало неотъемлемой частью ее жизни.

– Мы все очень закрытые: пришли домой – закрылись в своих четырех стенах. А надо видеть людей, которым нужна наша помощь. Возможно, увидеть одинокую бабушку, которая сидит на лавочке у подъезда. Что мешает спросить, может, ей надо сходить в магазин или оплатить квартиру по интернету, чтобы она не стояла в очереди? Или, может, сосед за дверью нуждается в нашей помощи. Или кто-то из родственников. Надо людям немножко открыть свои сердца, чтобы увидеть тех, кто в нас нуждается. Ведь они есть, их только надо заметить, а для этого необходимо открыть сердце. Если человек не откроет свое сердце, он ничего не увидит, – говорит Татьяна Бабарчук.

В храм, а позже к служению сестрой милосердия Татьяну много лет назад привела беда: муж начал сильно пить.

– Так сложилось, что отец моей подруги тоже пил при том, что мама у нее очень верующая. В поисках помощи я спросила подругу, как ее мать с этим справляется. На что она ответила: «Мама делает то, чего ты никогда делать не будешь, – ты будешь молиться за своего супруга?» Я говорю: «А почему нет?» Подруга рассказала мне про молитву перед иконой Божией Матери «Неупиваемая Чаша», я стала читать эту молитву – на душе сразу стало легче. Было и такое, что муж лежал в тяжелом состоянии, а я начинала читать акафист перед этой иконой – он засыпал на три-четыре часа, просыпался и отдавал мне бутылку (даже если она была начатая) со словами «все, я больше не пью». И запой прекращался.

Вскоре Татьяна услышала про воскресную школу при храме. Ей было тогда 36 лет… Во время учебы в воскресной школе Радосте-Скорбященского прихода она начала исповедоваться и причащаться. А после окончания школы, чувствуя в себе сильное желание служить ближним, по совету протоиерея Олега Шульгина пришла в сестричество. Год она была послушницей, после чего настоятель прихода протоиерей Игорь Коростелев вручил ей косынку – Татьяну посвятили в сестры милосердия.

– Большой кусок жизни, который прожит без Церкви, был прожит неправильно. Когда я пришла к вере, был такой подъем, что хотелось всем рассказать про Бога, делать добрые дела ради людей, ради Господа, как-то себя реабилитировать перед Ним. Ведь Господь нам сказал: Так как вы сделали это одному из сих (посетили человека в больнице, навестили его в тюрьме), то сделали Мне (Мф. 25. 40). Поэтому, делая что-то для людей, мы делаем это для Бога. И тогда мы, наверное, православные христиане, когда что-то делаем. Ведь вера без дел мертва. Должна быть и молитва, и исповедь, и причастие, и дела, – рассуждает сестра милосердия.

Первой подопечной Татьяны стала женщина с трофическими язвами: она носила ей продукты, помогала по хозяйству.

– От язв был страшный запах, но я понимала, что человек больной и он не может по-другому, что ему нужно помочь. Когда что-то отдаешь, в душе такой подъем и счастье! Мне кажется, это испытал каждый, кто что-либо сделал для другого – в душе от этого очень приятно. Если такое состояние испытываешь не один раз в год, а что-то часто делаешь, то в душе просто цветы расцветают…


Но одно дело помогать по хозяйству, и другое – оказывать санитарно-медицинский уход: мыть больного, обрабатывать его раны… Вас ничего не пугало, когда Вы принимали решение стать сестрой милосердия?

– С первой моей подопечной у меня был такой подъем новопришедшей в храм, что мне было ничего не страшно. Я готова была что угодно делать, чтобы показать Господу и себе, что я православная христианка. А потом втягиваешься, и уход за больными становится образом жизни.

Последние двенадцать лет Татьяна ухаживает за своей соседкой – одинокой больной бабушкой, у которой, кроме нее, никого нет. Посещает ее ежедневно; в среднем на уход уходит три часа в день: полтора часа утром и полтора – вечером. Помимо помощи по хозяйству Татьяна оказывает  и санитарно-медицинский уход, навыкам которого ее обучили в сестричестве.

Как проходит Ваш день?

– Встаю утром, готовлю бабушке кушать, меняю ей памперс, оставляю обед и иду на работу. После работы снова ее кормлю, снова мою, переодеваю, убираю. Потом иду домой – к мужу и дочерям. Готовлю кушать на следующий день…

Как муж и дети относятся к тому, что Вы уделяете свое время кому-то помимо семьи?

– Я стараюсь свою жизнь распланировать так, чтобы мое служение было не в ущерб семье. Чтобы дома было наварено кушать, чтобы было убрано. Пусть это будет сделано за счет сна и очень поздно, но зато я смогу потом сходить в храм и на служение. И дочери, и муж меня поддерживают. Если в самом начале, когда я только пришла в храм, мои молитвы могли мужа раздражать, то теперь он сам заходит в церковь, любит смотреть по «Союзу» беседы Алексея Осипова, передачи с отцом Дмитрием Смирновым. А самое главное, что мы с ним повенчались.

Откуда у Вас на все берутся время и силы?

– Конечно, силы дает Господь. Без молитвы ничего не бывает. Если без молитвы идешь на послушание, может ничего не получится. Поэтому в первую очередь должна быть молитва. За что бы ни взялась – «Господи, помоги!», «Пресвятая Богородица, дай мне сил». Что касается времени, то если я могу что-то сделать в этот момент, я просто это делаю.

Остается ли время на себя?

– Сейчас на себя у меня времени практически нет.

Но уныния от этого нет?

– Уныния никакого нет. Просто на то, чтобы в уныние впасть, даже нет времени, – смеется она. – Ты постоянно должен что-то делать, а когда уже все сделал, то надо просто лечь и отдохнуть. Вот и все.

Что самое сложное в уходе за больными?

– Если человек не воцерковленный, то самое трудное – это моральная сторона ухода. Все остальное – мелочи. Например, если неприятно пахнет, можно надеть перчатки и открыть форточку.

Что помогает Вам в сложных ситуациях?

– Молитва. Без молитвы к уходу за больными вообще не стоит приступать. Во время работы – «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешную». Еще очень важно правильно настроиться и вовремя абстрагироваться, ведь настроение у наших подопечных тоже бывает разное.

Очень помогает духовник сестричества отец Владимир Шичко, он молится за нас, а каждую пятницу я могу к нему прийти на исповедь, посоветоваться. Если же совсем тяжело, стараюсь съездить хотя бы на пару дней в монастырь. Оттуда возвращаешься совсем другим человеком, куда-то исчезает весь груз. Ты там и на трапезе, и на службе, и на послушании – всё вместе с монахинями; естественно, что они за тебя и помолятся.

1635.jpg

Что вдохновляет на служение милосердия?

– Жития святых. Когда я их читаю, понимаю, что я вообще еще ничего не сделала. Мария Египетская, которая в один момент изменила свою жизнь, Василий Великий, Иоанн Златоуст, святитель Лука… Кого ни возьми из святых – их и оскорбляли, и еретиками объявляли, и прочее, а они никогда не усомнились в вере.

Главные качества, на Ваш взгляд, которыми должна обладать сестра милосердия?

– Должна быть любовь, желание делать людям добро. И терпение, очень сильное терпение и смирение. Отец Владимир как-то замечательно сказал, что наши подопечные – это наши доктора, которые помогают нам избавиться от гордыни, от осуждения.

Бывает, что больной просит о чем-то, чего Вы делать не хотите?

– Конечно. В таких ситуациях нужно спокойно говорить, что этого не будет однозначно. С больными нельзя сюсюкать, иначе некоторые из них могут начать «наглеть». Им нужно все объяснить спокойно и с любовью, но строго.

А как быть с привязанностью к больному? Ведь его не бросишь, выходит, никакого отпуска и выходных с семьей?

– К этому надо относиться проще. Можно попросить кого-то из сестер заменить. Или поместить человека на месяц за деньги в хоспис, если нужно куда-то уехать. Все можно решить.

Наверняка есть люди, которые хотят помогать больным, но кто-то боится ран, кто-то брезглив, кто-то боится ввязаться и не потянуть – что можно им посоветовать?

– Главное – это правильно себя настроить. Как настроить себя на пост, так и здесь. Это должно произойти в голове: важно смоделировать ситуацию, проанализировать ее. Человеку нужно прийти и попробовать или хотя бы посмотреть со стороны на уход и понять для себя: я это смогу или нет.

Видите ли Вы себя вне этого служения?

– Нет. Есть люди, которые нуждаются в уходе, и им нужно помогать. Я не смогу просто сидеть и читать Писание, жития святых и при этом не помогать людям. Первая моя подопечная отошла ко Господу, и что, я сяду и буду сидеть? А вдруг кому-то нужна моя помощь, а я тут сижу, сложа ручки…  Нет. Наверное, я так уже не смогу.

Публикация портала «Собор.by»

Поделитесь этой новостью с друзьями! Нажмите на кнопки соцсетей ниже ↓
Яндекс.Метрика